Он ушёл из жизни, но не из памяти - К СОРОКОВИНЕ ВЫДАЮЩЕГОСЯ ШУШИНЦА

12:25
Он ушёл из жизни, но не из памяти - К СОРОКОВИНЕ ВЫДАЮЩЕГОСЯ ШУШИНЦА
12958

 

Stat sua cuique dies.

 (Каждому назначен свой день)

Вергилий (“Энеида”, X , 467)

 

Вот уже сорок дней, как нет среди нас Учителя, человека элитной интеллектуальной породы, слишком строгого к себе, достойного, чтобы стать знаменитым на весь мир. Одним словом, не стало большого и чуткого Наставника.

За годы вузовской работы он считался и был одним из классных и авторитетнейших преподавателей. Обладал безоговорочным авторитетом в силу высокой культуры, подготовки и знаний.

Работая в Бакинском славянском университете, воспитал целую плеяду достойных специалистов, ставших профессионалами.

Без преувеличения скажу, что с его уходом мы потеряли выдающегося лингвиста. Знаток многих языков, ученый с широким кругозором, блестяще владевший тонкостями сравнительного языкознания, литературоведения и культурологии, он напоминал человека эпохи Просвещения, по воле случая оказавшегося в ХХI веке. Его интеллект и самодостаточность поражали, как и фундаментальность его математически выверенных, точных лингвистических формулировок, отразившихся в его исследованиях и научных разработках.

Азербайджанец, потомственный шушинец, ставший выдающимся русистом, обогатил своими идеями и фундаментальными разработками индоевропеистику и гебраистику, тюркологию и славистику. Был одним из самых уважаемых и досточтимых отечественных лингвистов, хотя и занимался не самыми общедоступными филологическими вопросами.

Фразеология, фразеография, паремиология, ономастика – вот основные направления его научной деятельности. А проблемы ареальной, структурной, когнитивной, контрастивной лингвистики, которые он исследовал в ежегодных научных работах, увы, не становятся объектом внимания нынешних гуманитариев.

Если вспомнить основные направления и несущие детали его последних работ, то выяснится, что тематические анализы многих стихов и писем А.С. Пушкина и М.Ю. Лермонтова, толкования библейских и коранических текстов, исследования дискурсивных понятий в культуре разных этносов Кавказа вышли из-под пера блистательного ученого-лингвиста Аслана Мамедли, сумевшего стать эталоном для профессионалов и великим новатором, истым Magister magnificus для научного сообщества.

Он любил представлять студентам варианты чтения не только стихов поэтов- классиков, но ещё и герменевтические откровения сакральных текстов. Как-то увидев у него на рабочем столе толковые, этимологические словари разных языков, я не удержался от вопроса “зачем сейчас эти словари?”. Взглянув на меня с недоумением, он ответил: Как зачем? Я их читаю. Тогда я понял, что при изучении классической поэзии, сакральных и античных текстов он не пользовался подстрочниками. Таким был его масштаб, фундаментальный подход, и это не может не вызывать пиетета.

За научностью, подчеркнутой дотошностью его высказываний нельзя было не заметить настоящего азарта языковеда (а может литератора, право же, не знаю, кого в нем было больше).  Помнится, как-то в университет приехали гости из северного Кавказа, и после выступления одного из членов делегации, который между делом высказался об отрицательном оттенке значения слова “терпимость”, Аслан-муаллим, взяв слово, в краткой форме объяснил и увязал воспроизведенное восприятие с этимологизмом толкования, которым “грешат” словари.

Это было сделано в доступной и очень убедительной форме. В античную эпоху об этом бесспорно сказали бы “magister dixit”.

Удивительное дело, мы с Асланом Мамедли не так часто встречались. Чаще созванивались, от случая к случаю виделись, но я относил его к очень близким людям. Наша дружба состояла из мгновений, цена которым неизмеримо высока. Даже в ходе незапланированных встреч на общеуниверситетских мероприятиях ко мне назойливо возвращалась мысль о том, что он сознательно ограничивает общественную часть своей деятельности в угоду просвещению и преподавательской деятельности.

На какие бы темы он ни говорил, будь то языкознание, литературоведение, культура или религия, подходил к предмету со знанием профессионала, постигшего тайны Вселенной, науки и человеческого опыта.

Услужливая память помогает мне восстановить мгновения встречи профессорско-преподавательского состава БСУ с автором смыслового перевода Корана на русский Валерией (Иман) Михайловной Пороховой и её супругом Мухаммад Саид Аль-Рошдом. Гости с неподдельным интересом слушали взявшего слово Аслан-муаллима, который в своём выступлении то и дело обращался к Библии и Корану на иврите, русском и арабском.

Зал провожал его на место аплодисментами. Видно было, что и Порохова, и ее супруг, араб по национальности, были приятно удивлены.

Его незабываемые выступления, непревзойденные уникальные лекции, поистине востребованные статьи, полные знаний, мудрости и благородства, остаются с нами. Не покидает ощущение, что даже после ухода профессор Аслан Мамедли всегда и не спеша будет делиться со студентами и коллегами тем большим и безграничным потенциалом, который был накоплен кропотливым многолетним трудом.

Верно замечено, ушёл из жизни, но не из памяти…

Светлая вам память, Аслан муэллим…

Allah rəhmət eləsin!

Мубариз Мамедли

Vesti.az
Vesti.az

ДРУГИЕ НОВОСТИ РАЗДЕЛА